Знаки судьбы  - Лина Диас

Она повернулась к нему спиной. Но он подошел к ней. Она чувствовала жар его тела. И ненавидела себя, потому что ей хотелось, чтобы он крепко обнял ее и не отпускал.

– Бекс, что случилось?

Она моментально воспламенилась. Но как можно желать того, кто причинил ей столько боли? Бекс молчала. Она понимала, что не может ответить – он сразу поймет, какая битва идет у нее внутри.

Он тяжело вздохнул.

– И долго ты собираешься здесь стоять? Зачем ты вообще сюда приехала?

Она пожала плечами. Если он прикоснется к ней, она уже не сможет уйти. К горлу подступили рыдания. Она безжалостно подавила их, стиснув кулаки.

– По крайней мере, позволь проводить тебя до дома твоей матери.

Уловив в его голосе замешательство и раздражение, она встрепенулась. Его раздражение помогло ей перестать жалеть себя. Она снова разозлилась на него, и к ней вернулся дар речи.

– Нет, спасибо. Я пока не собираюсь возвращаться.

Вряд ли он услышал, как дрогнул ее голос.

– Бекс! – чуть тише позвал он. – Ты в порядке?

Она зажмурилась и два раза глубоко вздохнула.

– Уходи, все, хорошо? Ты ничего мне не должен. Нас с тобой уже ничто не связывает.

Она говорила хрипло от слез, но ничего не могла с собой поделать. Скорее бы он перестал ее мучить и ушел. Она снова вспомнила его слова там, в городе: «Говорю вам, между нами все давно кончено… Это ничего не значило».

– Так и знал! Я так и знал, что ты слышала тот дурацкий телефонный разговор. – Он развернул ее к себе лицом и приподнял ей подбородок, заставив посмотреть на себя. – Прости, Бекс. Тогда я повел себя как придурок!

– Когда «тогда»? В магазине, когда сделал вид, будто не заметил меня? Или в приемной адвоката, когда сказал своему начальнику – или кто там тебе звонил, – что я для тебя ничего не значу? Наверное, когда мы здесь занимались любовью, это тоже ничего не значило! – Слезы потекли по ее лицу, она сердито смахнула их и выругалась. – Я не для того сюда приехала. Прошу тебя, Макс, уйди. Просто уйди.

Он взял ее за плечи. Глаза потемнели от гнева и досады.

– Да ведь ты сама отказалась выйти за меня. А потом уехала. За что же ты на меня злишься?

Она покачала головой. Горло перехватило.

Он хотел сказать что-то еще, но замолчал и притянул ее к себе. Он хотел ее поцеловать. Она все поняла по тому, как он неотрывно смотрел на нее. И на один сумасшедший миг ей захотелось почувствовать его губы, раствориться в диком, злом поцелуе, не похожем на нежные и страстные поцелуи из их юности. Ах, как она хотела его поцеловать!

Она зажмурилась, прижав дрожащие пальцы к своим губам.

Он смотрел на ее пальцы, гневно раздувая ноздри. Потом тряхнул головой, и чары развеялись, а гнев и боль остались.

– Да, я не хочу делиться с начальником всеми подробностями моей личной жизни, но наше прошлое не было ложью. Оно очень многое для меня значило, Бекс, – хрипло выговорил он. – Мы многое значили.

А потом он ушел.

Его слова снова и снова повторялись у нее в голове. Она запуталась.

«Мы многое значили».

Она долго стояла в амбаре, пока тени не начали удлиняться. Потом вздрогнула, услышав какой-то шорох наверху. Трудно сказать, какие звери устроили себе гнездо или логово в этом старом заброшенном строении.

Она выбралась из амбара и направилась к «таурусу». Начала разворачиваться в сторону дороги, когда, заметив что-то в зеркале заднего вида, резко ударила по тормозам. Она долго смотрела в зеркало на фасад амбара, но больше ничего не увидела.

Испуганно сморгнув, она внушала себе, что воображение обманывает ее. Должно быть, нависшая крыша отбрасывает тень на двери, и кажется, будто какой-то человек выскользнул наружу и повернул за угол.